1.0.1. Структура слова.

 Морфология — раздел граммати­ки, изучающий форму слова. Слово является основной едини­цей морфологии, и, следовательно, необходимо начать с его определения.

Как известно, в языкознании не существует определения слова, которое было бы справедливо для данной единицы в языках типологически различных. Однако существуют рабо­чие определения слова для флективных языков, из которых наиболее удачным представляется предложенное Ю. С. Мас-ловым определение слова как минимальной едини­цы языка, обладающей позиционной само­стоятельностью. Это вполне точное определение под­черкивает, с одной стороны, подвижность слова в предложе­нии (в различных предложениях одно и то же слово может занимать различные позиции) и, с другой стороны, тот факт, что слово — наименьшая дискретная (т. е. существую­щая раздельно) единица языка. Можно ещё добавить, что слово — наименьшая  единица,  способная  к син­таксическому функционированию, и самая крупная единица морфологии.

Сам термин «слово» за последние годы незаслуженно под­вергся остракизму со стороны ряда лингвистов, полагающих, что этот термин неточен, многозначен. Следует действительно внести следующее уточнение: слово — обобщенный представи­тель всех словоформ, в которых оно может выступать. Так, говоря о слове река, мы подразумеваем все возможные сло­воформы — реки, рекой, реку и т. д. Следовательно, слово­форма — частная форма словоизменения, слово — представи­тель всех возможных словоформ.

Ещё одно уточнение касается теории так называемого «ана­литического слова» — теории, время от времени встречающей­ся в лингвистической литературе. Под аналитическим словом обычно подразумеваются сочетания типа put on, take hold, формально дискретные (раздельные), но составляющие единую смысловую единицу. Такая трактовка, следовательно, базиру­ется исключительно на смысловом критерии. Формально мы имеем здесь дело несомненно с двумя словами, первое из кото­рых сохраняет свойственную глаголу изменяемость: (he) puts on, took hold. Между компонентами этого сочетания можно вставить третье слово: put it on, take firm hold.

Сочетания такого типа являются, несомненно, типовыми, но приравнивание их к слову, хотя бы и «аналитическому», озна­чает отказ от объективных формальных критериев. Границы «слова» при этом оказываются бесформенными, размытыми; формальный признак переплетается с семантическим. Таким образом, понятие «аналитического слова» нельзя признать правомерным.

Выше было сказано, что слово — наиболее крупная единица морфологии. Наименьшая единица морфологии — морфема. Это — наименьшая значащая единица, не имеющая позицион­ной самостоятельности.

А. И. Смирницкий определяет морфему как наименьшую языковую единицу, обладающую существенными признаками языка, т. е. имеющую как внешнюю (звуковую), так и внутрен­нюю (смысловую) стороны. Следовательно, морфема — мельчайшая линейная значащая едини­ца,  имеющая звуковое выражение.

Следует заметить, что понятие морфемы, впервые предло­женное русским лингвистом И. А. Бодуэном де Куртенэ именно как обобщеннее обозначение линейных компонентов слова — корня и аффиксов, подверглось значительным изменениям в некоторых лингвистических направлениях. Так, Ж. Вандри-ес понимает морфему как любой способ выражения грамма­тических отношений; следовательно, сюда входят и служебные слова, и части речи, например предлоги, и порядок слов. Лин­гвисты копенгагенской школы называют морфемой граммати­ческое содержание отношения, выражаемого тем или иным формантом: так, согласно принципам копенгагенских лингвис­тов, окончание -ом в словоформе лесом содержит три морфе­мы — падежа, числа и рода. Американские дескриптивисты рассматривают морфему как единицу линейную, или сег­ментную, т. е. единицу, находимую при сегментации слов (словоформ). Особо отмечаются единицы суперсегментные

— ударение, интонация, которые тоже рассматриваются как морфемы.

Морфемы, как указано выше, включают корень и аффиксы

— префиксы и суффиксы.

Аффиксы имеют двоякое назначение в языке: одни исполь­зуются в словообразовании, т. е. при образовании новых слов от производящих основ той или другой части речи; другие служат для образования различных форм одного и того же слова, т. е. словоизменения. Словообразование и словоизменение имеют каждое свой собственный набор аффиксов: совпадение их может быть только случайной омонимией (ср. -ег в агентивных сущест­вительных — writer и -ег в форме сравнительной степени прила­гательных — longer). Об отдельных случаях перерождения словоизменительного суффикса в словообразовательный см. ниже (1.6.21.5).

Префиксы в английском имеют только словообразователь­ные функции и здесь рассматриваться не будут. Суффиксы же подразделяются на словообразовательные и словоизменитель­ные; последние имеют прямое отношение к грамматическому строю.

Корневая морфема, по определению В. Н. Ярцевой, — это то, что едино в словах, принадлежащих к различным лексико-грамматическим разрядам (black, blackish, blacken). В этом ряду вы-делима корневая морфема Ыаск-.

Морфема реально представлена в языке своими вариантами, назы­ваемыми алломорфами, имеющими определённую звуковую и смысловую общность. Алломорфы той или иной морфемы могут аб­солютно совпадать по звуковому оформлению, как, например, корне­вая морфема в словах fresh, refreshment, freshen, суффиксы в словах speaker, actor (fof), суффикс наречия — great-ly, quick-ly, nice-ly. Но часто алломорфы не абсолютно идентичны: сравните, например, корневую морфему в словах physic —physician /"flak — fi'ziSn/, come — came; суффиксальную морфему в словах quiet-ude, serv-itude, dream-ed/d/, walk-ed Н/, load-ed /id/.

Таким образом, термин «морфема» обозначает обобщенное поня­тие, сумму всех алломорфов данной морфемы, объединенных частич­ной звуковой и смысловой общностью. Необходимость именно зву­ковой и смысловой общности логически вытекает из приведённого выше определения морфемы.

Наряду с корнем, важной единицей является основа, В. Н. Ярце­ва определяет основу как то, что едино в формах слова, входящего в определённый лексико-грамматический разряд. На этом определе­нии следует несколько задержаться.

Дело в том, что, если определение корня имеет характер универ­сальный, определение основы или, правильнее, характер основы зависит от строя языка, и сам во многом определяет его. Так, в русском глаголе играть корень игр- встречается и в игрушка, иг­ривый, игрун; в глаголе же основа игра- повторяется в играть, иг­раю, играл, играющий. Основа игрушк- повторяется во всех падеж­ных словоформах — игрушку, игрушкой и т. д. В английском осно­ва слова совпала с его назывной (исходной) формой1: так, в словоформе street основа street совпала с назывной формой слова street; в глаголе walk основа, выделяемая в словоформах walked walking, по звуковой форме идентична с назывной формой — инфи­нитивом walk Случаи несовпадения весьма редки; это — реликто­вые формы, отражающие существовавшие ранее, но исчезнувшие типы — man — men, child — children, а также некоторые формы не­стандартных глаголов. В громадном же большинстве случаев ос­нова и назывная форма слова идентичны в звуковом оформлении,

Под назывной, или исходной формой имеется в виду та форма, которая дает­ся в словарной статье (рука, а не руке; hand, а не hands). Следует заметить, что не все лингвисты признают существование исходной формы, считая все формы слова равноправными (например, А. И. Смирницкий), однако все лингвисты фактиче­ски постулируют существование исходных форм. Это следует из общепринятых формулировок типа «форма множественного числа образуется прибавлением окончания к форме единственного». При действительном признании равноправия всех форм были бы вполне возможны формулировки «единственное число образу­ется путем отбрасывания окончания множественного числа», «настоящее время образуется отбрасыванием окончания прошедшего времени» и т. п. Однако практи­чески такие формулировки не встречаются.хотя, разумеется, различаются функционально: слово (словоформа) функционирует в предложении, основа же — лишь в пределах сло­воформы.

В современной лингвистике существует понятие нулевой мор­фемы. Нулевая морфема усматривается в словоформах, не имеющих окончания, но способных в других формах той же категории прини­мать окончания. Так, в существительном стол в форме именитель­ного падежа присчитывается «нулевая морфема», в противопоставле­нии формам косвенных падежей, имеющим линейно выраженное окончание. А. И. Смирницкий находит три морфемы в словоформе teacher, поскольку во множественном числе оно имеет окончание -s.

Вполне очевидно, что те лингвисты, которые принимают опреде­ление морфемы как линейного отрезка, имеющего звуковую форму, впадают здесь в явное противоречие. «Нулевая» морфема не имеет звуковой формы. Вместе с тем, несомненно то, что отсутствие оконча­ния в словоформе, способной принимать аффиксы, является смысло-различительным. Представляется удачным термин Ю. С. Маслова «нулевой экспонент», т. е. «нулевой показатель», который указывает на то, что отсутствие окончания (нуль окончания) передает грамма­тическое значение, это — нуль значащий (ср. стол-, но стол-а, стол-у и т. д.).

Тем самым нулевой экспонент оказывается функционально в од­ном ряду с морфемой; поэтому трактовка его дескриптивистами как нулевого алломорфа морфемы не лишена основания. Однако су­щественное их различие заключается в том, что морфема— единица линейная, имеющая эксплицитную звуковую форму и представляю­щая собой одну го составляющих общей суммы морфем данной сло­воформы; нулевой экспонент нелинеен, не имеет эксплицитной зву­ковой формы, синтагматически невыделим, и присчитывание его к общей сумме морфем является искусственной схематизацией.

Для английского, однако, характерно особое положение. Как указано выше, в английском, как правило, основа совпадает с на­зывной формой слова. Аффикс не входит при этом положении ве­щей в минимальную структуру слова, он оказывается чем-то внеш­ним по отношению к ней. Если мы сравним русскую словоформу окно и английское window, мы увидим, что окончание именитель­ного падежа единственного числа -о в русском языке входит в мини­мальную структуру слова, основа окн- не является словом без этого окончания. В английском слове основа полностью совпадает с назывной формой слова, и аффикс как бы присоединяется к ней как нечто внешнее. Назывную форму слова мы будем в дальней­шем называть «базисной» формой. Так как базисная форма — преоб­ладающий тип структуры английского слова, понятие нулевого экс­понента вряд ли приложимо к нему. Иначе нам пришлось бы при­знать, что отрицательный признак в английском является ведущим грамматическим признаком.

Несомненно, использование понятия «нулевой морфемы» создает весьма эффектную симметрию в изображении парадигмы; однако Для английского, с его особой структурой слова, онопредставляется непригодным; а для языков с развитой флективной системой, видимо, понятие нулевого экспонента более чётко пере­дает сущность явления, чем понятие «нулевой морфемы», и не приводит к переплетению линейных и нелинейных признаков.