3.1.6. Вопросительные предложения.

 Вопросительные пред­ложения столь разнообразны по возможному грамматическому содержанию и форме, не говоря уже о прагматическом использо­вании, что основой для их выделения могут служить лишь не­которые самые общие формальные и содержательные признаки. Такими важнейшими формальными признаками, по-разному ком­бинирующимися в разных типах вопросительных предложений, являются специфическая вопросительная интонация, инверсив­ный порядок слов наличие вопросительных местоимений. Что касается содержания, то вопросительные предложения характе­ризуются выраженной в них структурно (не лексически, ср. пове­ствовательное предложение / don't know what time it is) идеей информационной лакуны в знаниях говорящего относительно денотата высказывания: What time is it? Названные формальные признаки могут присутствовать в разных комбинациях. Ср.: 'Haw long do you propose to stay?' (D. du Maurier) — инверсия, вопросительная глагольная форма, вопросительное местоиме­ние; 'What is it?' (A. Huxley) — инверсия, вопросительное

' Мы пользуемся термином «инверсия» применительно к порядку слов в вопросительном предложении по мотивам практической целесообразности и традиционности этого термина. По существу же он неверен. Его неадекват­ность заключается в том, что он отражает взгляд на вопросительное пред­ложение через призму повествовательного. Последовательность «сказуемое — подлежащее», являющаяся действительно инверсией для повествователь­ною предложения (например, в случаях эмфазы нормальна для вопроситель­ного предложения. Инверсией для вопросительного предложения фактиче­ски является последовательность «подлежащее — сказуемое», представлен­ная в предложениях типа it may be serious?местоимение; 'Why not?' (J. Osborne) — воггросительное место­имение; 'Still we've had a very enjoyable evening, haven't we, Tom?' (J. B. Priestley) — вопросительная присоединенная часть; 'Can we give you a lift?' (C. P. Snow) — интонация, инверсия и т. д. Вопросительная интонация — самое «сильное» средство. Ис­пользованием лишь её одной могут нейтрализоваться структур­ные признаки повествовательного предложения, и любая часть повествовательного предложения может становиться вопроси­тельным предложением: 7 asked Helen to mark off the Spode service to me this morning.' Timothy became purple in the face. 'Mark it off — mark it off? What do you mean? [...]' (A. Christie)

Разнообразие вопросительных предложений, их многоплано­вость и, соответственно, возможность классификации на основе разных признаков порождает множественность классификаций. Критический анализ этих классификаций должен заключаться не в выискивании построений, не укладывающихся в предлагаемые схемы (разговорная речь дает для этого чрезвычайно широкие возможности) и негативной на этой основе оценки той или иной классификации, а прежде всего в оценке оснований класси­фикации. В позитивном плане анализ системы вопросительных предложений должен заключаться в поисках существенных для анализа явления параметров и классификации вопросительных предложений на основе таких параметров.

Двумя основными типами вопросительных предложений яв­ляются общий вопрос и специальный вопрос. Они различаются содержательно и формально.

Общий вопрос формально характеризуется отсутствием ме­стоименных вопросительных слов и специфической вопроситель­ной интонацией \ Труднее охарактеризовать общий вопрос в ас­пекте содержания. Если соотнести вопрос с утверждением (= по­вествовательным предложением), то общий вопрос предстает как запрос о достоверности того нового, что сообщается в выска­зывании. Так, общим вопросом к утверждению She glanced at the clock может быть Did she glance at the clock?, которое в зависимо­сти от того, что являлось темой и что ремой в повествовательном предложении (She glanced at Иге 'clock или 'She glanced at the clock), может иметь два прочтения (Did she glance at the 'clock? или Did 'she glance at the clock?, т. е. второе имеет значение Was it her who glanced at the clock?) (о теме и реме см. 3.3.9).

Хотя учебные грамматики продолжают утверждать инверСивнОСть обще-

вопроснтельного предложения в качестве его характерной черты, инверсия подле­жащего и сказуемого в предложениях этого типа, если основываться на данных реальной речевой практики, далеко не единственная норма. Вопросительные, пред­ложения, единственным маркером вопросительности в которых является вопроси­тельная интонация — 'You were fond of her?' (A. Christie), —сегодня столь же норма­тивны, как и предложения с инверсией. Возможно, утверждению таких предложе­ний в качестве нормы способствовало наличие так называемых присоединенных во­просов, первая часть которых, как известно, также имеет прямой порядок СЛОВ,

(The police are so impersonal, are they not?' (A, Christie)

Такое понимание общего вопроса, однако, узко, так как, во-первых, далеко не все общие вопросы подобным прямолинейным об­разом связаны с предшествующим утверждением. Так, общий во­прос может относиться к секвенции, следующей из предшествующе­го утверждения, например: 7 — / have finished all that I came here to do.' — 'You will return now to your villa in Cyprus?' — 'Yes.' (A. Christie) Во-вторых, общий вопрос может вообще не иметь связи с каким-либо предшествующим высказыванием, повествовательным или иным, ср., например, предложение, начинающее диалог: 'May I ask you a question?'

Некоторые лингвисты (например, Р. Кверк и др.) пытались ха­рактеризовать вопросительное предложение через тип ответа. Так, рассматриваемые нами сейчас общевопросительные предложе­ния характеризуются как предполагающие ответ yes или по. Но это косвенное объяснение. Остается неясным, какие же вопроси­тельные предложения предполагают такой ответ. К тому же возмо­жен и иной ответ, чем yes/no, на общий вопрос: 7 saw a fascinating little box today. It cost twenty-eight guineas. May I have it?'[...] 'You may, little wasteful one, said he. (K. Mansfield) С другой стороны, yes/no могут употребляться и не в качестве ответа на вопрос: CLIFF. I've never heard you talking like this about him. He'd be quite pleased. ALISON. Y e s, h ew о и I d. (J. Osborne)

Общий вопрос, или общевопросительное предложение, можно охарактеризовать как вопрос предикативного содержания. Он со­держит запрос относительно реальности связи между носителем признака (в широком смысле слова) и предицируемым ему призна­ком.

Ответ на общий вопрос подтверждает или, наоборот, отрицает ре­альность указанной связи и потому может ограничиваться словом-утверждением (yes) или словом-отрицанием (по). О том, что об­щие вопросы являются запросом о предикативной связи, свидетель­ствует и то, что в качестве ответов на общие вопросы могут высту­пать слова и выражения, передающие — в дополнение к значению подтверждения/отрицания — (субъективно-)модапьнь1е значения (certainly, rightly so, perhaps, never и т. п.), например: 'By the way, would you mind lending me your matches?' [...f 'Certain l у .'(G. B. Shaw), а также возможность соединения yes, no с междометиями, которые также осложняют содержание ответа субъективно-модальными моментами: Would you like to see them?' [...]— "Oh yes.' (A. Christie) 'Does this mean that Susan gets the income Richard left to Cora?'— 'Oh no.' (A. Christie)

Специальный вопрос содержит запрос, направлен­ный на получение информации совершенно конкретного, предметно­го свойства: HIGGINS. What's your name? THE FLOWER GIRL. Liza Doolittle. (G. B. Shaw) Требуемая информация связана не с мо­дально-предикативным планом предложения, как в случае общего вопроса, а с его лексико-семантическим содержанием. Поскольку лексико-семантическое содержание весьма разнообразно, столь же разнообразны должны быть сигналы запроса информации,ориентирующие адресат на характер требуемой информации. Роль таких сигналов выполняют вопросительные местоименные слова: what, which, when, haw и т. д., обычно занимающие в специальных вопросах начальное положение в предложении и тем самым сразу ориентирующие адресата относительно характера требуемой ин­формации. Впрочем, встречаются случаи и иного положения: 'You saw him — when?' (A. Christie) Таким образом, отличительным фор­мальным признаком специального вопроса является наличие место­именных вопросительных слов. Поэтому специальные вопросы можно назвать ещё местоименными (тогда общие во­просы — не местоименные).

Помещение любых других вопросительных предложений в один общий ряд с названными, общим и специальным, неоправданно, так как все они при ближайшем рассмотрении оказываются той или иной модификацией указанных двух основных типов. Так, в британской англистике по традиции, восходящей ещё к Г. Су игу, к общим и специальным вопросам добавляется третий тип — аль­тернативное вопросительное предложение: Is he an Oxford or a Cambridge man? (пример Г. Суита). Между тем, в основе такое пред­ложение — общевопросительное. В нем, как в любом другом об­щем вопросе, делается запрос о реальности связи между носителем признака и предицируемым ему признаком. В отличие, однако, от «типового» общего вопроса в нем осуществлена модификация: назван не один, а два признака, между которыми надо осуществить выбор. Альтернативность может вноситься и в специальный вопрос. Ср., например: Who do you like best — John or Peter? Таким обра­зом, альтернативность — дополняющий, усложняющий элемент, который может быть как в общем, так и в специальном вопросе Поэтому логически закономерным будет установить в качестве самого общего деление вопросов (= вопросительных предложений) на общий и специальный вопрос, выделяя далее в каждом из них неальтернативную (в качестве инвариантной) и альтернативную (в качестве вариантной) разновидности.

С точки зрения содержания присоединенные вопросительные предложения — 'Не knows all the words, doesn't he?' (S. Barstow) — разновидность общего вопроса. В структурном плане они в расчле­ненном виде аналитически представляют то, что дано в «типовом» общем вопросе и предполагается им, а именно — запрос реально­сти предикативной связи (выражается вопросительной присоединен­ной частью) и утверждение, относительно которого делается за­прос (утвердительная часть предложения). Различие обеих частей по признаку положительности/отрицательности сообщает большую взаимную контрастность утверждению и вопросу.

Неодинаков состав эллиптических предложений общего и специ­ального типов. Общим для них является сохранение в эллиптиче-

И не только в них как элемент структуры и семантики вопросительного предложения. Ср. альтернативное отношение между вопросительными предложе­ниями: 'Do you want that skit back, or can! keep it?'(J. Galsworthy)наиболее существенных элементов полного вопроса. Для общего вопро­са — это сочетание вспомогательного глагола с подлежащим» обычно местоименным, в качестве заместителей группы сказуемого и группы подлежащего. Таким образом, здесь в экстрагированном виде делается запрос о предикативной связи. Например: 'I didn't marry Susan for her money!' — 'Didn'tyou, Mr. Banks?' (A. Christie) 'Sounds to me rather like that case last month on Dartmoor.' — 'Does it?' (id.); '[...J I divagate. "D о у о и?' asked Dennis faintly. (A. Huxley)

Эллиптический специальный вопрос может ограничиться вопро­сительным словом, которое указывает информационную лакуну, тре­бующую заполнения: 'Are you in a hurry?' — 'Yes, sir,' came the answer, that sent a flash through the listener. — 'For what?' (D. H. Lawrence).

Естественно, эллиптические вопросы не могут быть начальными в диалоге.

Рассмотренные вопросы — вопросы первого поряд ка К вопроси­тельным предложениям второго порядка относятся топросы-повторы, например: We were arguing whether Amour were a serious matter or no. What do you think? Is it serious?' — 'Serious?' echoed Ivor. (A. Huxley) 4 came on the staff first at Chesilstowe.'— 'Chesilstowe?' (H. G. Wells).

В литературе нередко говорится о вопросительных предложениях как трансформах повествовательных предложений. Отношения син­таксической производности между разными типами предложений, пред­ставляемые в виде трансформационных преобразований, не следует понимать таким образом, что повествовательное предложение первич­но, а вопросительное — вторично. Формальные и семантические раз­личия разных структурных типов предложений — повествовательного, вопросительного, оптативного н побудительного — столь существен­ны, что изменить одно в другое никак нельзя. Можно говорить лишь об их известной соотносительности, скажем, об общности пропозиции, общности субъектно-предикатной основы, возможности связи с общей ситуацией и т. п. Трансформация в такого рода описаниях использует­ся как способ моделирования отношений между разнослруктурными предложениями, способ показа различий между ними. Не является трансформационное описание и отражением реальных процессов рече­производства.